— Упившись и в хлам и в дым,
На рваном сухом огне
Выплясывай правду, Бим,
Что думаешь обо мне.
— На красном, желтом, рябом,
У публики на виду,
Выкладывай правду, Бом,
Ну, кто я такой — я жду.
— Не хуже вас, цирковых, —
Малец один произнес,
Едва оставшись в живых,
Едва отойдя от слез.
А купол был, точно пасть,
И мог бы сожрать на раз.
Такая легла бы масть,
Пока мы с тобой сейчас…
Но все же, упившись в дым,
На рваном, пыльном, рябом
Выплясывай правду, Бим,
Выкладывай правду, Бом.
21.05.2012
Превращаюсь то ли в младенца, то ли в младенца.
Другого, тем более третьего, не дано.
Если и вправду никуда от себя не деться,
Лучше насмерть перепугаться и лечь на дно.
Из дому выйдешь — мир огромен и непонятен.
Из компьютера лезет все, чем дышит паучья сеть.
На солнце в нынешнем цикле сто тридцать восемь пятен,
Но их нипочем ни отстирать, ни стереть.
Тревожат любые источники — телефоны, комнаты, люди.
Бессонница приобретает нервические черты.
Мысли роятся и обрываются, не дойдя до сути.
Следом приходят сумерки, безмысленны и чисты.
Родина через две границы (дурные вести).
Страх болезни и смерти (себялюбец и лиходей).
Сущая катастрофа — до смерти быть в отъезде.
Но в том отъезд и комфортней, что тут никаких вестей.
Страшись, как младенец, того, что давно оставил,
Останься в отъезде, тони в комфорте, со свету пропади.
Ты жив, ибо жизнь твоя идет безо всяких правил,
Хоть в холст, хоть в шелк, хоть в домовину ее ряди.
18 мая 2012
Не будем хвастаться, что праведно живем,
а разойдемся скромно по домам.
А что останется потом,
когда мы все помрем,
пусть это будет памятником нам.
И если грянет правды торжество,
пусть это будет памятником нам.
Все станет ясно: кто — кого
и почему, и для чего...
А нынче разойдемся по домам.
Б. Окуджава
ИВАНОВА ИВА
Иван до войны проходил у ручья,
Где выросла ива неведомо чья.
Не знали, зачем на ручей налегла,
А это Иванова ива была.
В своей плащ-палатке, убитый в бою,
Иван возвратился под иву свою.
Иванова ива,
Иванова ива,
Как белая лодка, плывет по ручью.
То, что было мной при жизни когда-то,
Поминая вкупе Брайля и Морзе,
Белой палкою стучит суховато,
Наконечник ее сбит или стерся
И, как я, такой дорогой изглодан,
Что и мне вовек отсюда не деться.
Никуда уже почти я не годен,
Нет ни ангела со мной, ни младенца.
И теперь, незнамо где и откуда,
Но с оглядкою у самого края,
Я надеюсь, может, разве на чудо,
Не имея — потому не теряя.
07.05.2012
деньги в хорошие руки.